Гортензия богарне

БОГАРНЕ Гортензия

Другое имя: Эжени Ортанс де Богарне; в браке Бонапарт

Имя латиницей: Eugenie Hortense de Beauharnais

Пол: женский

Дата рождения: 10.04.1783

Место рождения: Париж, Франция

Дата смерти: 05.10.1837 Возраст (54)

Место смерти: Арененберг, кантон Торгау, Швейцария

Знак зодиака: Овен

По восточному: Кот

Ключевой год: 1807

Гортензия БОГАРНЕ

голландская королева в 1807-1810 гг., герцогиня де Сен-Лес с 1810 г., композитор, мемуаристка, дочь Жозефины и Александра Богарне, падчерица Наполеона I, жена Луи Бонапарта, мать Наполеона III. В детстве пережила Великую французскую революцию, воспитывалась в одном пансионе вместе с Каролиной Бонапарт. Умная и красивая девушка, пользовалась большим расположением Наполеона. В 1802 гг. по его настоянию вышла замуж за Луи Бонапарта. С обеих сторон это был нежеланный брак и, как следствие, молодые жили несчастливо. Слух о том, что Гортензия была любовницей отчима и ее первенец, родившийся в 1802 г., на самом деле сын Наполеона, отравил все существование Луи. Он мучил жену безобразными сценами ревности, а желание Наполеона усыновить племянника лишь усугубило его подозрения. В браке с Луи Гортензия родила трех сыновей, но первенец прожил недолго – до 1807 г. В 1806 г. Луи и Гортензия были возведены на голландский престол. Насколько это было в его силах, Луи пытался отстаивать перед Наполеоном интересы своих подданных. В свою очередь вокруг Гортензии стали группироваться голландские франкофилы. Впрочем, сама она не стремилась играть политическую роль. Плохие отношения с мужем заставляли ее под любым удобным предлогом держаться подальше от Гааги. Нарушение голландцами режима «континентальной блокады» привело в 1810 г. к оккупации страны французскими войсками. В знак протеста Луи отрекся от престола. Тогда Наполеон формально присоединил территорию Голландии к Франции. После отречения супруги уже не жили вместе. Луи путешествовал по Европе, большей частью времени лечился на курортах Германии, Богемии и Австрии. Гортензия жила в Париже, где и пережила крушение империи. Король Людовик ХVIII Бурбон утвердил за Гортензией титул герцогини Сен-Ле и пожаловал 400 тысяч франков. Тем не менее, она с восторгом приветствовала Наполеона во время Ста дней, за что при второй реставрации Бурбонов была изгнана из Франции. Одно время жила в Аугсбурге, затем в Италии, а в 1817 г. обосновалась в швейцарском кантоне Тургау, в местечке Арененберг. Была блестяще образована и музыкально одарена. Она положила на музыку и сочинила многие песни, которые пользовались устойчивой популярностью в XIX в. Ее песня «Раrtаnt Роur lа Sуriе» во времена Второй империи была французским национальным гимном. В 1833 г. были опубликованы мемуары Гортензии.

Источник: persons-info.com

Богарне Гортензия (Hortense De Beauharnais).

По датам рождения
Родившиеся в январе
01 02 03 04 05 06 07
08 09 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31

Родившиеся в феврале
01 02 03 04 05 06 07
08 09 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29

Родившиеся в марте
01 02 03 04 05 06 07
08 09 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31

Родившиеся в апреле
01 02 03 04 05 06 07
08 09 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30

Родившиеся в мае
01 02 03 04 05 06 07
08 09 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31

Родившиеся в июне
01 02 03 04 05 06 07
08 09 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30

Богарне Гортензия.

Гортензия де Богарне
Hortense Eugénie Cécile de Beauharnais
Портрет Гортензии де Богарне кисти Франсуа Жерара
королева Голландии

1806 – 1810
Преемник: Вильгельмина Прусская
Гражданство: Франция
Вероисповедание: Римско-католическая церковь
Рождение: 10 апреля 1783 ( 1783-04-10 )
Париж (Франция)
Смерть: 5 октября 1837 ( 1837-10-05 ) (54 года)
Тургау (Швейцария)
Род: Бонапарты
Отец: Александр де Богарне
Мать: Жозефина де Богарне
Супруг: Людовик Бонапарт
Дети: Наполеон Людовик Карл
Наполеон Людовик
Карл Людовик Наполеон
Карл, герцог де Морни (внебрачный)

Горте́нзия де Богарне́ (фр. Hortense de Beauharnais , правильно по-франц. Ортанс Эжени Сесиль де Боарне (фр. Hortense Eugénie Cécile de Beauharnais ); 10 апреля 1783 ( 17830410 ) , Париж – 5 октября 1837, Тургау, Швейцария) – королева Голландии (1806-1810).

  • Биография
  • Примечания
  • Литература

Гортензия Богарне – дочь Жозефины Богарне и её первого мужа виконта Александра де Богарне. Падчерица императора Наполеона I, женившегося на её матери в 1796 году.

В возрасте двенадцати лет Гортензию отдали в пансион мадам Кампан. Умная и красивая девочка пользовалась большой симпатией Наполеона, который удочерил Гортензию и её старшего брата, Евгения.

Чтобы укрепить союз двух семей, Жозефина (по настоянию мужа) выдала свою дочь замуж за Людовика Бонапарта (1778-1846), младшего брата Наполеона. Свадьба состоялась 4 января 1801 года и Гортензия стала невесткой своей матери. У супругов родились трое сыновей:

  • Наполеон Людовик Карл (10 октября 1802 – 5 мая 1807)
  • Наполеон Людовик (11 октября 1804 – 17 марта 1831)
  • Карл Людовик Наполеон (20 апреля 1808 – 9 января 1873), будущий Наполеон III, император Франции.

В 1804 году они приобрели дворец Сен-Лё, в котором они жили до 1815 года, и где Гортензия устраивала блистательные балы.

Муж Гортензии, Людовик, стал королём Голландии в 1806, и она стала королевой Голландии. Супруги правили до 1810, когда Голландия была аннексирована Францией.

Её брак оказался несчастливым: Гортензия была влюблена в Жерара Дюрока (некоторые утверждают, что они были любовниками), в то время как Людовик страдал манией преследования и венерической болезнью.

Позднее красивая и соблазнительная Гортензия влюбилась в Шарля де Флао, внебрачного сына Талейрана. У них родился сын Шарль Огюст (1811-1865), будущий герцог де Морни.

При реставрации Бурбонов в 1814 году Гортензия была под защитой Александра I, при его поддержке она получила титул герцогини Сен-Лё от короля Людовика XVIII.

В течение Ста дней Гортензия поддерживала своего отчима, что привело к её изгнанию из Франции после окончательного поражения Наполеона. Она путешествовала по Германии и Италии и в 1817 году остановилась в Швейцарии, где в одиночестве воспитывала своих сыновей. Благодаря заступничеству матери и брата, зятя короля Баварии, она располагала состоянием в 3 миллиона франков, которое обеспечивало ей постоянный доход.

В марте 1831 года, в ходе итальянского мятежа, Гортензия потеряла своего сына, Наполеона Людовика. Но уже в апреле она отправилась в Париж, где при содействии адъютанта нового короля Франции, старинного приятеля её брата, она добилась тайной встречи с французским монархом, который не забыл добродетельного участия Гортензии в деле его матери, герцогини Орлеанской, в период Ста дней. По всей видимости, она хотела обсудить возможность своего возвращения во Францию на постоянное жительство. Однако, приняв участие в церемонии по случаю 10 годовщины смерти императора, 5 мая 1831 года, Гортензия в короткий срок вернулась в Англию.

Гортензия Богарне умерла в Швейцарии 5 октября 1837 года в возрасте 54 лет.

Источник: famous-birthdays.ru

Богарне, Гортензия

Гортензия де Богарне
Hortense Eugénie Cécile de Beauharnais

Портрет Гортензии де Богарне кисти Франсуа Жерара
королева Голландии
1806 — 1810
Преемник Вильгельмина Прусская
Рождение 10 апреля 1783 ( 1783-04-10 )
Париж (Франция)
Смерть 5 октября 1837 ( 1837-10-05 ) (54 года)
Тургау (Швейцария)
Род Бонапарты
Отец Александр де Богарне
Мать Жозефина де Богарне
Супруг Людовик Бонапарт
Дети Наполеон Людовик Карл
Наполеон Людовик
Карл Людовик Наполеон
Карл, герцог де Морни (внебрачный)
Вероисповедание Католическая церковь
Медиафайлы на Викискладе

Горте́нзия де Богарне́ (фр. Hortense de Beauharnais , правильно по-франц. Ортанз Эжени Сесиль де Богарне (фр. Hortense Eugénie Cécile de Beauharnais ); 10 апреля 1783 ( 1783-04-10 ) , Париж — 5 октября 1837 , Тургау, Швейцария) — королева Голландии (1806—1810).

Дочь Жозефины Богарне и её первого мужа виконта Александра де Богарне. Падчерица императора Наполеона I, женившегося на её матери в 1796 году.

В возрасте двенадцати лет Гортензию отдали в пансион мадам Кампан. Наполеон удочерил Гортензию и её старшего брата, Евгения.

Чтобы укрепить союз двух семей, Жозефина выдала свою дочь замуж за Людовика Бонапарта (1778—1846), младшего брата Наполеона. Свадьба состоялась 4 января 1801 года и Гортензия стала невесткой своей матери. У супругов родились трое сыновей:

В 1804 они приобрели дворец Сен-Лё, в котором они жили до 1815 года и где Гортензия устраивала блистательные балы.

Муж Гортензии, Людовик, стал королём Голландии в 1806, и она стала королевой Голландии. Супруги правили до 1810, когда Голландия была аннексирована Францией.

Её брак оказался несчастливым: Гортензия была влюблена в Жерара Дюрока (некоторые утверждают, что они были любовниками), в то время как Людовик страдал манией преследования и венерической болезнью.

Красивая и соблазнительная Гортензия влюбилась в Шарля де Флао, внебрачного сына Талейрана. У них родился сын Шарль Огюст (1811—1865), будущий герцог де Морни.

При реставрации Бурбонов в 1814 году, Гортензия была под защитой Александра I, при его поддержке она получила титул герцогини Сен-Лё от короля Людовика XVIII.

В течение Ста дней, Гортензия поддерживала своего отчима, что привело к её изгнанию из Франции после окончательного поражения Наполеона. Она путешествовала по Германии и Италии и в 1817 году остановилась в Швейцарии, где в одиночестве воспитывала своих сыновей. Благодаря заступничеству матери и брата, зятя короля Баварии, она располагала состоянием в 3 миллиона франков, которое обеспечивало ей постоянный доход.

Умерла в Швейцарии 5 октября 1837 года в возрасте 54 лет.

Источник: wi-ki.ru

Гортензия богарне

Находка на Большой Полянке

Спор о Гортензии Богарне

По-настоящему рассказ должен был называться «Большая Полянка. Альбом королевы». Именно так. Большой многоквартирный дом напротив фирменного магазина «Молодая гвардия». Замызганный, кругом исписанный подъезд. Какой-то этаж. Множество комнат былой квартиры знаменитого реставратора и теоретика реставрационного дела, профессора Алексея Александровича Рыбникова.

Впрочем, «былой» – не совсем точное выражение. Профессора и его супруги действительно не было в живых. Зато дочери и внуки невольно сохраняли былую атмосферу. На стенах картины хозяина – профессор никогда не обращал на себя внимания как на художника. Тяжелая, настоящая мебель. Люстры. Рояль в комнате профессора Кандинского, мужа одной из сестер. Книги по искусству в шкафах у другой – талантливой актрисы Театра имени Ермоловой и ее супруга, актера Драматического театра имени Пушкина. И на полу у Рыбниковых-Бубновых взлохмаченный беззащитный томик в сафьяновом переплете с медными потемневшими застежками. Младшее поколение только что перестало им заниматься и с веселым гомоном умчалось на кухню.

Хозяйка отмахнулась: «А это альбом королевы. Так называл его, во всяком случае, папа. Во время войны он выменял его на ведро картошки, которое сам только что купил. В Расторгуеве. Есть было совсем нечего, а он… Мама очень сердилась».

На просьбу разрешить поработать с альбомом (одни акварели! и какие подписи!) Прасковья Алексеевна ответила согласием. Она не скрывала: альбом показывали в нескольких музеях на предмет продажи. ГМИИ имени А. С. Пушкина вообще не заинтересовался. Литературный не устроили незнакомые имена (семья Наполеона! наполеоновские маршалы!). Музей-лицей в Пушкинском селе согласился вырезать и приобрести единственный портрет – Зинаиды Волконской. Так с тех пор и красуется след вырезанного листа. Против возможных публикаций она, конечно, не возражала.

И вот статьи в журнале «Вопросы истории», «Знание – сила», в газете «Московские новости» на французском языке. Объем читательских откликов трудно было предположить. Оказалось, королева Гортензия была интересна всем, кроме… музеев.

Нет, не так. Музей нашелся. Кишиневский республиканский. В столице Молдавии. Его представители появились как по мановению волшебной палочки. Не торговались. Не сбивали цену. Просто приобрели «Альбом королевы». И тут же увезли из Москвы.

Автор узнала об этом из благодарственного письма музея – за проделанную исследовательскую работу. Свой адрес на Большой Полянке альбом потерял навсегда.

…Кардинал Гектор Консальви мог быть доволен. Падение Наполеона означало прямой выигрыш католической церкви в Европе. Но, талантливейший дипломат Ватикана, кардинал в свое время положил слишком много усилий, ума и изворотливости, чтобы добиться возможно более выгодных для Папы Римского условий конкордата с французским императором, и теперь откровенно сожалел об оказавшемся бесполезным труде: «Удивительная вещь! Из всего многочисленного семейства выдвинулся лишь один человек; но как скоро он заперт в клетку, не остается ничего». – «Остается королева Гортензия», – возражает Пий VII.

Прежде всего – не королева. Полученный по мужу титул перестал существовать задолго до падения Первой империи. Придуманное Наполеоном Голландское королевство родилось в 1806 году и исчезло в 1810-м в связи с отказом назначенного короля от престола. У временного обладателя короны были свои представления о стране, за судьбы которой он так неожиданно оказался в ответе, а для Наполеона изменившаяся политическая ситуация делала более выгодным прямое включение голландских территорий в состав Французской империи.

Итак, бывшая королева, но к тому же не член семьи Бонапартов. Дочь первой жены Наполеона, Жозефины Богарне, Гортензия после развода с мужем, братом императора, формально перестала принадлежать к правящему дому. И опять-таки фактический разрыв наступил уже давно – в 1808 году, а Бонапарты всегда предельно враждебно относились ко всем представителям «клана Жозефины».

Роль человека в истории – она взвешивается на весах исторической науки, уточняется и выверяется по мере выявления новых фактов и обстоятельств. Она всегда находит свое отражение и в традиции – не только науки, но и, казалось бы, ничем не аргументированной оценки современников и потомков. Слова Пия VII полностью входят в эту теперь уже полуторавековую традицию. Литература о Наполеоне, находящая авторов среди историков всех стран и всех школ, имеет специальный и немалый раздел исследований, посвященных Гортензии. И не про сто Гортензии Богарне, но всегда королеве. Дерон – «Анализ воспоминаний о королеве Гортензии», Фурманстро – «Королева Гортензия», «Путешествия королевы Гортензии», Анри Бордо – «Сердце королевы Гортензии» или вышедший в 1968 году капитальный труд Франсуа де Бернарди «Королева Гортензия» – всех не перечесть.

Автопортрет. Начало XIX в. Королева Гортензия

Эта далеко не часто встречающаяся, почти бессознательная уважительность исследователей сама по себе говорит о многом. Гортензия сохраняет не титул – некое внутреннее значение королевы, и она неотделима от Наполеона отчасти в его славе, но прежде всего в поражении, в годах, наступивших после. Роман, связь, общие дети – не высказанные прямым текстом намеки, предположения не могут не занимать воображения обывателя. Для историков факт их возникновения далеко не принципиален и сам по себе ничего не может решить.

Историки чаще обвиняют, много реже защищают. В перспективе лет ошибка, просчет обладают свойством проявляться в своем истинном значении, как рисунки переводных картинок под губкой времени и анализа исследователя. Зато правильность некогда принятых решений, побуждений, поступков всегда относительна, всегда спорна. Но здесь большинство ученых на редкость единодушны в своем желании защитить (оправдать?) хрупкую, романтичную, так склонную к увлечениям Гортензию Богарне ото всяких подозрений в политической деятельности, в самой причастности к слишком сложным для ее разумения идеям бонапартизма.

Да, это верно, что ее библиотеке мог позавидовать не один ученый: сочинения драматургов, труды по истории, Сен-Симон, Руссо, Вольтер, Севиньи, Мольер. Но разве не занималась Гортензия столько времени пением, и притом почти профессионально? Разве не посвящала все утренние часы живописи? Даже из двух отданных ей для жилья тесных комнат в Тюильрийском дворце, куда перебрался с семьей ее отчим в качестве Первого консула, Гортензия одну сумела превратить в настоящую живописную мастерскую. Ученица знаменитого в те годы И. Изабе, она по праву может быть отнесена к числу лучших европейских миниатюристов первой четверти XIX века, работавших в портрете и пейзаже.

А романсы, которые пишет Гортензия и которые исполняются во всей Франции, – разве они не свидетельство ее подлинных увлечений, душевного призвания, наконец? Могла же Гортензия в 1813 году, когда империя дала такие глубокие и начавшие стремительно разрастаться трещины, заниматься не чем-нибудь – изданием своих романсов, во всех мелочах обсуждая с ею же разысканным художником, в будущем одним из лучших литографов Франции, Тьеноном необходимые иллюстрации?

Или литературные опыты королевы? Пусть сравнительно несложно писать мемуары – в них имя автора всегда поможет оправдать любые профессиональные огрехи, – и все же труд Гортензии отличает от литературы подобного рода и редкая наблюдательность, и умение воссоздать настроение момента, и непринужденный, точный в оборотах язык.

Совсем иное дело – жанр путевых впечатлений, приобретший к тридцатым годам XIX века большую традицию. И тем не менее написанная Гортензией книга «Королева Гортензия в Италии, Франции и Англии в 1831 году» будет переиздаваться и при ее жизни, и во второй половине столетия. А ведь это путешествие совсем особого рода, не дававшее автору никаких возможностей созерцания, философствования, умиротворенного наблюдения за медлительным течением жизни, так характерное, положим, для Стерна и многих других. Гортензия пускается в свой путь в глубокой тайне, чтобы вопреки всем полицейским запретам проникнуть ко дворам европейских монархов и просить о помиловании единственного оставшегося в живых сына, который принял участие в революционном движении итальянских инсургентов.

Оправдание историков переходит в обвинение и, во всяком случае, явственное, расчетливое ограничение исторических масштабов Гортензии. Так свидетельствуют общеизвестные и неизменно повторяемые в литературе факты. Только исчерпывают ли они жизнь, прожитую Гортензией? И не потому ли на таком неослабевающем с годами накале держится спор историков – кем была она? Почти некрасивая и на редкость женственная, невозмутимая и страстная, не знающая страха и бесконечно беспомощная в личных неудачах голубоглазая креолка с путаницей шелковистых белокурых волос – кем была королева Гортензия?

Источник: www.telenir.net

Находка на Большой Полянке Спор о Гортензии Богарне

Находка на Большой Полянке

Спор о Гортензии Богарне

По-настоящему рассказ должен был называться «Большая Полянка. Альбом королевы». Именно так. Большой многоквартирный дом напротив фирменного магазина «Молодая гвардия». Замызганный, кругом исписанный подъезд. Какой-то этаж. Множество комнат былой квартиры знаменитого реставратора и теоретика реставрационного дела, профессора Алексея Александровича Рыбникова.

Впрочем, «былой» – не совсем точное выражение. Профессора и его супруги действительно не было в живых. Зато дочери и внуки невольно сохраняли былую атмосферу. На стенах картины хозяина – профессор никогда не обращал на себя внимания как на художника. Тяжелая, настоящая мебель. Люстры. Рояль в комнате профессора Кандинского, мужа одной из сестер. Книги по искусству в шкафах у другой – талантливой актрисы Театра имени Ермоловой и ее супруга, актера Драматического театра имени Пушкина. И на полу у Рыбниковых-Бубновых взлохмаченный беззащитный томик в сафьяновом переплете с медными потемневшими застежками. Младшее поколение только что перестало им заниматься и с веселым гомоном умчалось на кухню.

Хозяйка отмахнулась: «А это альбом королевы. Так называл его, во всяком случае, папа. Во время войны он выменял его на ведро картошки, которое сам только что купил. В Расторгуеве. Есть было совсем нечего, а он… Мама очень сердилась».

На просьбу разрешить поработать с альбомом (одни акварели! и какие подписи!) Прасковья Алексеевна ответила согласием. Она не скрывала: альбом показывали в нескольких музеях на предмет продажи. ГМИИ имени А. С. Пушкина вообще не заинтересовался. Литературный не устроили незнакомые имена (семья Наполеона! наполеоновские маршалы!). Музей-лицей в Пушкинском селе согласился вырезать и приобрести единственный портрет – Зинаиды Волконской. Так с тех пор и красуется след вырезанного листа. Против возможных публикаций она, конечно, не возражала.

И вот статьи в журнале «Вопросы истории», «Знание – сила», в газете «Московские новости» на французском языке. Объем читательских откликов трудно было предположить. Оказалось, королева Гортензия была интересна всем, кроме… музеев.

Нет, не так. Музей нашелся. Кишиневский республиканский. В столице Молдавии. Его представители появились как по мановению волшебной палочки. Не торговались. Не сбивали цену. Просто приобрели «Альбом королевы». И тут же увезли из Москвы.

Автор узнала об этом из благодарственного письма музея – за проделанную исследовательскую работу. Свой адрес на Большой Полянке альбом потерял навсегда.

…Кардинал Гектор Консальви мог быть доволен. Падение Наполеона означало прямой выигрыш католической церкви в Европе. Но, талантливейший дипломат Ватикана, кардинал в свое время положил слишком много усилий, ума и изворотливости, чтобы добиться возможно более выгодных для Папы Римского условий конкордата с французским императором, и теперь откровенно сожалел об оказавшемся бесполезным труде: «Удивительная вещь! Из всего многочисленного семейства выдвинулся лишь один человек; но как скоро он заперт в клетку, не остается ничего». – «Остается королева Гортензия», – возражает Пий VII.

Прежде всего – не королева. Полученный по мужу титул перестал существовать задолго до падения Первой империи. Придуманное Наполеоном Голландское королевство родилось в 1806 году и исчезло в 1810-м в связи с отказом назначенного короля от престола. У временного обладателя короны были свои представления о стране, за судьбы которой он так неожиданно оказался в ответе, а для Наполеона изменившаяся политическая ситуация делала более выгодным прямое включение голландских территорий в состав Французской империи.

Итак, бывшая королева, но к тому же не член семьи Бонапартов. Дочь первой жены Наполеона, Жозефины Богарне, Гортензия после развода с мужем, братом императора, формально перестала принадлежать к правящему дому. И опять-таки фактический разрыв наступил уже давно – в 1808 году, а Бонапарты всегда предельно враждебно относились ко всем представителям «клана Жозефины».

Роль человека в истории – она взвешивается на весах исторической науки, уточняется и выверяется по мере выявления новых фактов и обстоятельств. Она всегда находит свое отражение и в традиции – не только науки, но и, казалось бы, ничем не аргументированной оценки современников и потомков. Слова Пия VII полностью входят в эту теперь уже полуторавековую традицию. Литература о Наполеоне, находящая авторов среди историков всех стран и всех школ, имеет специальный и немалый раздел исследований, посвященных Гортензии. И не про сто Гортензии Богарне, но всегда королеве. Дерон – «Анализ воспоминаний о королеве Гортензии», Фурманстро – «Королева Гортензия», «Путешествия королевы Гортензии», Анри Бордо – «Сердце королевы Гортензии» или вышедший в 1968 году капитальный труд Франсуа де Бернарди «Королева Гортензия» – всех не перечесть.

Автопортрет. Начало XIX в. Королева Гортензия

Эта далеко не часто встречающаяся, почти бессознательная уважительность исследователей сама по себе говорит о многом. Гортензия сохраняет не титул – некое внутреннее значение королевы, и она неотделима от Наполеона отчасти в его славе, но прежде всего в поражении, в годах, наступивших после. Роман, связь, общие дети – не высказанные прямым текстом намеки, предположения не могут не занимать воображения обывателя. Для историков факт их возникновения далеко не принципиален и сам по себе ничего не может решить.

Историки чаще обвиняют, много реже защищают. В перспективе лет ошибка, просчет обладают свойством проявляться в своем истинном значении, как рисунки переводных картинок под губкой времени и анализа исследователя. Зато правильность некогда принятых решений, побуждений, поступков всегда относительна, всегда спорна. Но здесь большинство ученых на редкость единодушны в своем желании защитить (оправдать?) хрупкую, романтичную, так склонную к увлечениям Гортензию Богарне ото всяких подозрений в политической деятельности, в самой причастности к слишком сложным для ее разумения идеям бонапартизма.

Да, это верно, что ее библиотеке мог позавидовать не один ученый: сочинения драматургов, труды по истории, Сен-Симон, Руссо, Вольтер, Севиньи, Мольер. Но разве не занималась Гортензия столько времени пением, и притом почти профессионально? Разве не посвящала все утренние часы живописи? Даже из двух отданных ей для жилья тесных комнат в Тюильрийском дворце, куда перебрался с семьей ее отчим в качестве Первого консула, Гортензия одну сумела превратить в настоящую живописную мастерскую. Ученица знаменитого в те годы И. Изабе, она по праву может быть отнесена к числу лучших европейских миниатюристов первой четверти XIX века, работавших в портрете и пейзаже.

А романсы, которые пишет Гортензия и которые исполняются во всей Франции, – разве они не свидетельство ее подлинных увлечений, душевного призвания, наконец? Могла же Гортензия в 1813 году, когда империя дала такие глубокие и начавшие стремительно разрастаться трещины, заниматься не чем-нибудь – изданием своих романсов, во всех мелочах обсуждая с ею же разысканным художником, в будущем одним из лучших литографов Франции, Тьеноном необходимые иллюстрации?

Или литературные опыты королевы? Пусть сравнительно несложно писать мемуары – в них имя автора всегда поможет оправдать любые профессиональные огрехи, – и все же труд Гортензии отличает от литературы подобного рода и редкая наблюдательность, и умение воссоздать настроение момента, и непринужденный, точный в оборотах язык.

Совсем иное дело – жанр путевых впечатлений, приобретший к тридцатым годам XIX века большую традицию. И тем не менее написанная Гортензией книга «Королева Гортензия в Италии, Франции и Англии в 1831 году» будет переиздаваться и при ее жизни, и во второй половине столетия. А ведь это путешествие совсем особого рода, не дававшее автору никаких возможностей созерцания, философствования, умиротворенного наблюдения за медлительным течением жизни, так характерное, положим, для Стерна и многих других. Гортензия пускается в свой путь в глубокой тайне, чтобы вопреки всем полицейским запретам проникнуть ко дворам европейских монархов и просить о помиловании единственного оставшегося в живых сына, который принял участие в революционном движении итальянских инсургентов.

Оправдание историков переходит в обвинение и, во всяком случае, явственное, расчетливое ограничение исторических масштабов Гортензии. Так свидетельствуют общеизвестные и неизменно повторяемые в литературе факты. Только исчерпывают ли они жизнь, прожитую Гортензией? И не потому ли на таком неослабевающем с годами накале держится спор историков – кем была она? Почти некрасивая и на редкость женственная, невозмутимая и страстная, не знающая страха и бесконечно беспомощная в личных неудачах голубоглазая креолка с путаницей шелковистых белокурых волос – кем была королева Гортензия?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Источник: history.wikireading.ru

Добавить комментарий

Adblock
detector